Почему другие видят нас так, как мы бы хотели, чтобы видели нас самые важные? А кто они — эти важные? Несколько дней думаю над этой мыслью. Мы и есть те самые важные — важные для себя. Если уж внешний мир небезопасен, к нему нет доверия, он строг, не заботлив и тщеславен, всегда ищи опору в себе. Не прогадаешь и не утратишь человеческой ценности, как невротик. В отличие от «здоровых» и «правильных». Дарья Мустафина видит меня три года. Три года я разная на её фото. В этом году будто выдрали душу из меня и бросили на обочине умирать, оставив записку: «Научись заботиться о себе. Ты у себя одна». И она это увидела и перенесла на кадры. Три года я хожу к ней перед днём рождения, чтобы снова и снова разглядеть себя. Это Оля оказалась самой хрупкой, сломанной, раненой и уязвимой. Мой фотограф ставит на мне эксперименты, а я с радостью соглашаюсь. Даша загорается в процессе и творит творчество, что я так люблю и поддерживаю, — в этом мы похожи. Её дом сейчас — это маленькая фотостудия с интимностью её вещей, комфортом для первый раз пришедшего и полным доверием. Ведь перед тобой открывают дверь и впускают в чужой мир на пару часов невероятного процесса — расчехления души на обочине. Мы все хотим быть увиденными другими. Но что, если мы должны научиться видеть себя: вовремя уходить, выключать свет, заканчивать разговор, прощать и больше не впускать, не жалеть и не сочувствовать тому, кто недостоин? Что, если пора увидеть себя на кадрах и стать самым важным человеком только для себя? Что, если? Всматривайтесь в себя — это исцеляет.
Почему другие видят нас так, как мы бы хотели, чтобы видели нас самые важные? А кто они — эти важные?
Несколько дней думаю над этой мыслью. Мы и есть те самые важные — важные для себя. Если уж внешний мир небезопасен, к нему нет доверия, он строг, не заботлив и тщеславен, всегда ищи опору в себе. Не прогадаешь и не утратишь человеческой ценности, как невротик. В отличие от «здоровых» и «правильных».
Дарья Мустафина видит меня три года. Три года я разная на её фото. В этом году будто выдрали душу из меня и бросили на обочине умирать, оставив записку: «Научись заботиться о себе. Ты у себя одна». И она это увидела и перенесла на кадры. Три года я хожу к ней перед днём рождения, чтобы снова и снова разглядеть себя. Это Оля оказалась самой хрупкой, сломанной, раненой и уязвимой.
Мой фотограф ставит на мне эксперименты, а я с радостью соглашаюсь. Даша загорается в процессе и творит творчество, что я так люблю и поддерживаю, — в этом мы похожи. Её дом сейчас — это маленькая фотостудия с интимностью её вещей, комфортом для первый раз пришедшего и полным доверием. Ведь перед тобой открывают дверь и впускают в чужой мир на пару часов невероятного процесса — расчехления души на обочине.
Мы все хотим быть увиденными другими. Но что, если мы должны научиться видеть себя: вовремя уходить, выключать свет, заканчивать разговор, прощать и больше не впускать, не жалеть и не сочувствовать тому, кто недостоин? Что, если пора увидеть себя на кадрах и стать самым важным человеком только для себя? Что, если?
Всматривайтесь в себя — это исцеляет.